Заявление министра юстиции Украины Александра Лавриновича о планах Партии регионов внести в закон о референдуме запрет на народное волеизъявление в регионах по статусу русского языка - вопиющее проявление антидемократической и антирусской политики правящей Партии Регионов. Это доказывает, что ни одна из украинских партий, какого бы цвета она ни была, не будет реализовывать свои предвыборные обещания, данные русским гражданам Украины. Тем более партия, которая становится партией власти в украинском государстве.

Норма, заявленная Лавриновичем, противоречит всем международным демократическим принципам и наложит негативный отпечаток на европейский имидж Украины, которому она хочет соответствовать.

Сергей Шувайников, член правления движения «Русское единство», Крым

Шансы Виктора Януковича и подконтрольного ему большинства в парламенте создать конституционное большинство достаточно серьезны, а уж нынешнее простое большинство сцементировано накрепко.

После того, как Конституционный суд Украины принял решение о законности пополнения большинства отдельными депутатами, которых на Украине называют «тушками», число коалициантов растет постоянно. И чем больше власти у коалиции, тем легче идет процесс. Вопрос сохранения подконтрольного президенту большинства в парламенте не стоит даже обсуждать — это само собой разумеется. Дискуссионным является лишь то, будет у коалиции простое уверенное большинство, либо они до зимы таки соберут 300 человек, что позволит менять Конституцию. С ростом силы коалиции меняются и методы вербовки. Если в самом начале процесса, особенно при утверждении договора по флоту в Севастополе за каждого депутата-перебежчика люди были готовы платить миллионы долларов, то дальше счет пошел на сотни тысяч, потом в качестве оплаты использовались преференции для бизнеса конкретного депутата, позже главной валютой стала формулировка «не отнимем то, что у тебя уже есть». Кстати, эта валюта в ходу до сих пор, и она прекрасно себя показала в переговорном процессе. У тех, кто уже перешел в коалицию, как и тех, кто в ней был с самого начала — нет взглядов и идеологии. Во всяком случае у большинства. Украинская политика уже давно — серьезный бизнес. Люди твердых убеждений, неважно — от коммунистов или националистов, отсеялись естественным путем давно. Бал правит материальный интерес. И пока быть в большинстве выгодно — оно будет только расти. А быть в большинстве, а не в оппозиции выгодно по определению. Зачем менять господдержку бизнеса и госзаказы с бюджетным финансированием на знакомство с министром внутренних дел или прокурором?

В то же время, именно это растущее большинство представляет наибольшую угрозу породившим его харьковским соглашениям с Россией. Многих олигархов перестает устраивать цена и у большинства уже складывается ощущение, что они продешевили.

Мощное пропрезидентское большинство быстро перестает видеть рамки. Приходит ощущение того, что этой системе власти все по плечу. И тут самое время вернуться к договору с «Газпромом» и президентом России по газовым ценам. Не секрет, что при всех скидках и лояльности России к Украине, сама формула цены, подписанная еще премьером Тимошенко достаточно жесткая. Не сказать — дискриминационная. А спотовые сделки по газу в Европе проходят по куда более низким ценам, чем предлагает «Газпром». У олигархов возникает естественное желание слегка пересмотреть правила игры. Технически это не так сложно — можно обвинить Юлию Тимошенко в намеренном нанесении ущерба национальной экономике, осудить ее и через суд отменить газовое соглашение. И виновато заявить России, что «теперь делать нечего, придется пересматривать все договоры». Это раньше БЮТ, ПР, КПУ — все политики кроме правых наперебой пытались быть лучшими друзьями России. Сейчас уверенному прочному большинству это уже не надо — конкуренции нет, выбора потенциальных друзей на Украине у России тоже нет. Удачный момент для жесткого решения вопросов и пересмотра неприятных договоров. Другое дело, что в России подобные метания наверняка предусмотрели, но возвращаемся к неконтролируемому большинству и его свойствам — у него теряется ощущение реальности и появляется вера в собственную неуязвимость. Тут можно не просто договор по ЧФ РФ в Севастополе пересматривать, но более глобальные вопросы поднимать.

Максим Ветров, политолог, Украина

Виктор Янукович на посту президента Украины полностью устраивает американцев – он успешно продолжает выполнение задачи по отрыву бывшей советской республики от России.

Не надо путать изменение риторики с изменением политики. На самом деле нынешняя стратегия США по России гораздо умнее, тоньше, опаснее и разрушительнее планов администрации Буша.

Это как на бирже: сначала атака, а затем фиксация прибыли. Америка сейчас заинтересована в том, чтобы фиксировать свою прибыль в зоне интересов России. Зачем ей новый Ющенко, когда исторический русско-украинский ментальный монолит и так уже проломлен «оранжевыми»? Продолжать возиться в пробитом черепе пальцем, вызывая боли? Зачем тянуть Украину в НАТО, угрожая, в лучшем случае, расколом страны и гражданским противостоянием? Главное, что проект разделения России с Украиной дошел до такой стадии, что теперь им может руководить и Янукович.

Янукович сейчас больше нужен самим американцам, чем России.

Михаил Леонтьев, политический обозреватель, Россия

Виктор Янукович не будет ни при каких условиях выполнять условия ультиматума меджлиса, выдвинутые по поводу нового состава Совета представителей крымско-татарского народа при президенте Украины.

Я сожалею, что в руководстве организации меджлис-курултай не нашлось людей с сильной волей, которые могли бы переломить абсолютно бесперспективную, тупиковую позицию господина Джемилева. Там есть люди, которые могли бы быть полезными, работая в единой команде под президентским штандартом.

Меджлисовцы витают в облаках и совершенно потеряли почву под ногами. Я думаю, все быстро станет на свои места, очень скоро начнется движение, – и дай Бог, чтобы люди, которые способны работать, были бы к тому моменту востребованы.

Возврата назад уже не будет ни при каких условиях. Состав совета, который остался – вполне работоспособный, достаточно компетентный и будет оперативно и профессионально решать задачи в рамках той повестки, которую озвучил президент.

Согласно указу Януковича Джарты поручено в течение двух недель, начиная с 26 августа… прибавим и получим срок, в рамках которого Василий Георгиевич обязан провести заседание этого совета. Думаю, он его проведет, Василий Георгиевич – достаточно волевой человек.

Васви Абдураимов, лидер оппозиционной меджлису организации «Милли Фирка», Крым

Первые месяцы президентства Виктора Януковича по насыщенности российско-украинских контактов превзошли все пять лет правления Виктора Ющенко. Потепление отношений между Россией и Украиной не может не радовать. Но количество переговоров и встреч само по себе ещё не означает, что в отношениях наших стран начался действительно новый этап.

Прошедшие месяцы дают возможность судить о характере российско-украинских отношений. А они поневоле вызывают стойкие ассоциации с не столь уж давним прошлым. На первый взгляд между Россией и Украиной крепнет дружба: продлён срок аренды базы в Севастополе, восстанавливаются нарушенные экономические связи, очевидно, упростится транспортное сообщение. Антироссийские выпады и идеологические кампании, которыми "славилось" прежнее украинское руководство, ушли в прошлое вместе с самим этим руководством.

Но даже тут новой властью не было сделано решительных шагов по преодолению «наследия Ющенко». То, что мы сейчас наблюдаем на Украине, можно охарактеризовать как возвращение "кучмизма" - то есть той политики (по крайней мере, многих её аспектов), что имела место в годы президентства Леонида Кучмы. И речь не просто о кадровом составе новой-старой власти (хотя это имеет важное значение), но о сходстве самой политики Кучмы и Януковича. В чём же она состоит?

Во-первых, в так называемой "многовекторности" внешней политики, которая подразумевает многочисленные заявления о дружбе и братстве с Россией, но при стратегической ориентации "на Запад". Теперь его воплощением (в отличие от времён Ющенко) служит не НАТО, а полумифическая (учитывая ситуацию в Евросоюзе и состояние украинской экономики и государственности) евроинтеграция.

Во-вторых, в прикрытом всё той же риторикой потребительском (и небезуспешном) стремлении получать от России экономические преференции и политические уступки - в обмен на обещания и незначительные шаги навстречу, которые в конечном счёте всё равно оборачиваются выгодой именно для украинской стороны.

В-третьих, в шантаже России (положением Черноморского флота, вступлением в НАТО, транзитом энергоносителей) - в случае, если заверения о дружбе не срабатывают. Теперь этот арсенал пополнился игрой на контрасте между "пророссийским" Януковичем и проамериканским Ющенко. Пока о шантаже речь не идёт, поскольку украинское руководство и так смогло добиться от России того, что хотело, причём с минимальными для себя "потерями". Но сбрасывать его со счетов не стоит, особенно имея в виду вполне вероятную эволюцию Януковича "в западном направлении" (во внешнеполитическом и внутриукраинском смыслах) - по примеру того же Кучмы.

Российско-украинские отношения последних месяцев - яркий пример "кучмизма". Заключённые соглашения по газу и флоту выгодны прежде всего Украине, а вот экономические и геополитические обретения России довольно сомнительны. Украина получила так необходимые ей средства для спасения экономики - за счёт снижения цены на газ и высокой арендной платы за базу в Севастополе (расходы легли на бюджет России).

Да, Украина официально заявила об отказе от намерения вступать в НАТО. Однако изъятие из упоминавшегося выше закона пункта о перспективе её членства в Альянсе и внеблоковом статусе не может рассматриваться как уступка, ибо ни к чему Украину не обязывает. Сотрудничество с Североатлантическим альянсом продолжает развиваться, свидетельством чему стали очередные совместные учения - и опять на украинской территории.

Ещё один важный (и пока не решённый) вопрос - о морской границе и, в частности, разграничение в Керченском проливе. Хочется надеяться, что тут уступок Украине (и как следствие - экономических потерь) ради "развития сотрудничества" не будет. Однако общий контекст взаимоотношений заставляет усомниться и в этом.

"Европейские приоритеты" не оставляют сомнения и в том, что интеграционные проекты с Россией (тот же Таможенный союз) большого интереса для Украины не представляют, что ставит под сомнение прочность экономического сотрудничества. Что же касается приобретения российскими кампаниями активов ряда украинских предприятий, которое подчас преподносится как усиление российского влияния на Украине, то строить иллюзий на этот счёт не стоит: если это и выгодно, то прежде всего самим этим кампаниям и той же Украине, в которую придёт российский капитал.

И конечно не стоит ждать перемен в гуманитарной сфере и языковом вопросе (что идёт вразрез с предвыборными обещаниями Януковича), а те, что возможно и произойдут, будут носить косметический и региональный, а не общегосударственный характер. Ведь "кучмизм" вовсе не враждебен украинскому проекту, он лишь один из способов его воплощения.

Были отложены и обещания о введении двуязычия (очевидно, до новых выборов). При этом высшие лица Украины успели не раз подчеркнуть, что статус государственного языка сохранится лишь за украинским.

Но несмотря на всё это, в отношении российского руководства политика "кучмизма" оказывается очень действенной.

Но может, действительно имеет смысл дотировать Украину и идти ей на уступки во имя пресловутого "развития сотрудничества" и ожидая её постепенного возвращения в российскую орбиту? К сожалению, таким путём добиться этого не удастся. И не только из-за внутреннего состояния РФ, менее привлекательной по сравнению с тем же ЕС. Это состояние, будем надеяться, явление временное и преходящее. Суть же дела кроется в первооснове украинского государства, в той самой украинской идее, которая с 1991 г. стала его идеологическим фундаментом. А идея эта априори антироссийская и антирусская. Любая украинская власть, использующая её, будет вести себя антироссийски - либо как Ющенко-Тимошенко, либо как Кучма-Янукович. Почему она такая и есть ли ей альтернатива в самом украинском социуме - вопрос особый.

Теперь же ситуация оказалось отброшенной лет на десять назад. В Москве "забудут" об изначальной антироссийскости украинского проекта, идеологией которого пользуется украинская власть. И будут жить иллюзиями. Тем самым, тактический успех российско-украинской "дружбы" грозит обернуться стратегическим поражением. Россия упускает хорошую возможность для переосмысления тех невыгодных для неё правил игры на национальном и политическом русско-украинском поле, что были заданы украинским проектом и приняты российской "элитой". А без этого невозможно ни реальное сближение, ни политика в отношении Украины вообще.

Андрей Марчуков, к.и.н., Институт Российской истории РАН, г. Москва

По сути, фанатичное преклонение перед некими сверхценными идеями - это бегство от самого себя, предательство себя. Украина уникальна не тем, что «украинцы» традиционно предают друг друга, а тем, что многие из них смогли предать даже самих себя, и превратить апофеоз предательства в культ.

Украина больна. Украина больна сверхценными идеями, отрицающими реальную действительность. Который год наша страна утверждает себя путём разрушения реальной действительности. Это, в свою очередь, нарушает психическое равновесие в головах миллионов «украинцев», заставляя их балансировать на грани сумасшествия.

Вот уже второе десятилетие Украина пытается доказать миру, что коллективно можно болеть не только гриппом, но и сходить с ума.

Андрей Ваджра, журналист, Украина

Севастополь выполняет крайне важные функции. Эксплуатировать его до бесконечности, как военно-морскую базу нельзя. Иначе здесь и базы не будет. Поэтому хочешь здесь иметь военно-морскую базу – изволь раскошелиться. Не важно, кто будет платить – Украина или Россия.

Мы же видим, что после решения вопроса о продлении срока базирования интерес к Севастополю угас. Указ президента РФ в части решения социальных проблем, которые он дал министру обороны Сердюкову, не выполнен.

Поручение президента и премьер-министра Украины в части использования социальной составляющей по базированию флота забыто. Никому, кроме севастопольцев, этот вопрос не нужен. Если руководство Севастополя боится напоминать, не будет выходить на высший уровень страны, значит, эти проблемы так и останутся не решенными.

Василий Пархоменко, депутат горсовета, г. Севастополь

Украина не сможет успешно развиваться, пока будет происходить погружение в проблемы идентичности. У Украины нет никакой перспективы, пока будут продолжаться дискуссии о том, кто больше украинский, а кто – меньше. В этом можно вечно копаться.

Украинцы привыкли вину за все свои беды «валить» на Россию. Очень много наших проблем оттого, что мы не ищем их решения внутри себя, а обвиняем внешний фактор, который якобы эти неурядицы вызывает.

Зато украинцы почему-то не обращают внимания на откровенные территориальные посягательства со стороны Румынии и Венгрии. В такой ситуации Украине крайне важно определиться, кто для нее враг, кто – партнер, а кто – друг и союзник.

Вячеслав Пиховшек, журналист, политический аналитик, г. Киев

Украинские пограничники превратили в настоящий ад дорогу для туристов, желающих вернуться из Крыма в Россию на своем автомобиле через паромную переправу в Керченском проливе.

Людям приходилось более 12 часов проводить в очереди машин, ожидающих прохождение контроля на украинской границе перед погрузкой на паром.

Ситуация осложняется тем, что на пункте пропуска действует отлаженная и согласованная с пограничниками и таможней система коррупции – предприимчивые молодые люди предлагают водителям за 3000 рублей ($ 100) «ускорить» процесс прохождения очереди.

Нетрудно подсчитать, что такие теневые тарифы позволяют дельцам в летние месяцы иметь колоссальный доход.

При этом украинские пограничники не только не заботятся о расширении пропускной способности пункта, связывающего Крым и Россию, но и даже не пытаются установить ограждения, которые бы препятствовали проезду машин вне очереди.

В ответ на возмущение людей, которым приходится ждать очереди по несколько часов, сотрудники украинского пункта пропуска невозмутимо отвечают: «Не нравится – не приезжайте».

При этом туалет, установленный рядом с пограничным объектом, не оборудован даже элементарным рукомойником и находится в антисанитарном состоянии.

Кроме того, на информационном щите, установленном рядом с границей, указаны устаревшие телефонные номера подразделений Погранслужбы Украины: желающим дозвониться до Азово-Черноморского регионального управления, металлический голос в трубке объявит, что номер изменился, и его следует искать в справочной.

Въезжающие в Крым жители России с ужасом наблюдают за автомобильной пробкой в обратном направлении. Автомобилисты сообщают, что прохождение границы со стороны России и погрузка на паром, идущий на полуостров, занимает немногим более двух часов.

Виктор Орлов, журналист, г. Керчь

Русский язык в Крыму не испытывает никаких проблем в употреблении и развитии.

У нас русский язык никакой угрозы не испытывает. Он в Крыму везде доминирует. Надо быстрее украинский язык защищать, нежели русский.

Черноморский флот РФ может стать причиной втягивания Украины в вооруженные конфликты. На территории Украины не должно быть иностранных военных баз, тем более баз стран, где значительные политические силы выступают с территориальными претензиями к Украине. Этот флот несет в себе угрозу втягивания Украины в чужие войны.

Пребывание Черноморского флота в Крыму вдохновляет сепаратистские пророссийские силы на антиукраинские действия, создает угрозу территориальной целостности Украины, усиливает угрозу межнационального конфликта в Крыму.

Мустафа Джемилев, народный депутат от «Нашей Украины – Народной самообороны», глава Меджлиса крымско-татарского народа.

При отсутствии радикальных экономических реформ, улучшения качества работы государственного управления и реформирования жилищно-коммунального сектора, Украина может столкнуться с угрозой дефолта.


Внутренние долги – в частности, невозвращенный НДС – в последние годы лишь увеличивались. Существующий на сегодняшний день дефицит бюджета уже нечем покрывать, и дальнейшее накопление долга недопустимо. Экономический рост Украины в настоящее время зависит исключительно от проведения структурных реформ, которые снизили бы зависимость отечественной экономики от мировой конъюнктуры.

Внешние риски дефолта существуют всегда, сейчас они тоже достаточно сильны. Не исключена вторая волна мирового экономического кризиса, о которой сейчас многие говорят. И тогда угроза дефолта еще больше усилиться. Но, конечно, такие вещи всегда обусловлены внутренними причинами. Если страна живет по средствам, обеспечивает нормальное функционирование бюджета, и не влезает в долги, то никакие внешние обстоятельства не смогут заставить ее пойти на дефолт.


Владимир Дубровский, ведущий эксперт Центра социально-экономических исследований "CASE-Украина"

О том, что в крымской топонимике нужно навести порядок, говорят уже давно. Подтверждает актуальность этой проблемы и то, что напряду с другим, проблема восстановления исторических названий обсуждалась и на недавней встрече Президента Украины Виктора Януковича с представителями крымских татар в Симферополе. Более того, процесс переименований улиц и населенных пунктов продолжается, но стихийно и бессистемно. Например, депутаты Симферопольского горсовета, решившие навести порядок в наименованиях улиц, отважились перевести их на украинский язык, но запутались в проблеме еще больше, потому, что не потрудились привлечь к делу грамотных специалистов, филологов, градостроителей, владеющих не только русским, но и украинским, крымскотатарским, английским языками, и главное — владеющие методикой переименований, знакомых с основными закономерностями топонимики. Например, вместо улицы Ежевичной в городе появилась улица Ожинова. Чем это лучше? Почему этой ежевике столь высокая честь? Такой подход не понравился депутату горсовета от «Русского блока» Наталье Лантух. Она утверждает, что такими действиями в Симферополе нарушаются нормы международного права, по которым личные имена и топонимы не переводятся, а их фонетическое звучание передается буквами национального языка. Наталья Лантух отметила, что по отношению к крымскотатарскому языку нормы международного права соблюдаются, а по отношению к русскому языку, нет. Она привела пример, когда в этом же решении проезд Наратлы не переводился с крымскотатарского языка в Сосновый. «Улица Элем, в переводе Печальная, но ее не назвали Сумной!», — возмущается Наталья Лантух. Она утверждает: «Перед вами факт языковой дискриминации, которая по Конституции Украины недопустима». Как оказалось, рядом с улицей Клубничной, которую переименовали в Полунычну, находится и улица Земляничная, которая может стать Сунычной...

Топонимика Крыма — это многогранная проблема, которая была порождена переименованием более 1200 названий городов и сел полуострова в основном с крымскотатарского языка (но также и немецких, армянских, болгарских и других топонимов) после депортации в послевоенный период. Таким способом советский режим стирал «память земли» о депортированных народах и надеялся на забытье своего преступления.

Естественно, что теперь в общем пакете требований крымскотатарского народа по восстановлению своих прав и прежнего состояния в Крыму, есть и пункт о возращении исторической национальной топонимики. С требованием восстановить историческую топонимику выступают и русские общины, и украинцы, поднимают проблему и другие общества. Например, русские уже второе десятилетие требуют восстановить старые названия улиц Симферополя, но так как горсовет ничего по этому поводу не делает, они начали процесс инициативно: рядом с официальными названиями улиц прибили такие же таблички с историческими. И теперь приезжие люди, которых летом больше, чем самих крымчан, пытаются разгадать эту загадку. На одном и том же доме висит табличка: «Улица Розы Люксембург», а ниже — «Улица Александра Невского». Так какая же на самом деле?

Самая большая отговорка, которую приводят чиновники, отказываясь от возвращения исторической топонимики, состоит в том, что «нет денег». И действительно — переименование населенных пунктов очень дорогое дело. Изменение названия влечет за собой изменение почтового адреса, регистрации паспорта, регистрации автотранспорта и имущества в БТИ, изготовление новых табличек, новых регистрационных документов и так далее. Это большие деньги и длительное время. Наконец, топонимика и названия улиц — это проблема реестра избирателей, и путаница в нем, как это было видно на примере последних выборов, может привести к искажению итогов выборов, то есть к уголовному преступлению. Но ведь официальный перевод названий улиц на другой язык — кстати, с точки зрения топонимики действие совершенно бессмысленное, поскольку имена собственные не переводятся, как обычные слова, но транскрибируются в другой язык его графическими средствами, — требуют не меньше денег, времени, и могут привести к не меньшей путанице! Тем не менее, названия зачем-то переводят, тратят кучу денег, которые можно было потратить с большей пользой...

Николай Семена, журналист, г. Симферополь

Накануне предстоящего курултая крымских татар в среде меджлиса снова стало чаще звучать словосочетание «геноцид крымских татар». А что за этим стоит, попробуем разобраться.

Безусловно, надо понять ту историческую обиду, которая передается из поколения в поколение крымскотатарского народа, депортированного одним махом и перемещенного в места, далекие от родины; места чужие, даже если считать коренное население Средней Азии единоверцами. Не надо замалчивать и закрывать глаза на то, что крымскотатарский народ и представители других национальностей, депортированных в 1944 году, испытали неимоверные моральные и физические страдания.

Но не надо замалчивать и то, что это решение принималось не Россией и ее законодательными структурами, и даже не какого-то союзного органа и партийного съезда, представляющего хотя бы формально коллективное мнение. Это было личное решение Сталина, человека жестокого и мстительного по своей натуре и, кстати, нерусского по национальности. Исполнителем акции по депортации был опять же грузин Лаврентий Берия, своего рода исчадие ада в истории СССР.

И не надо замалчивать еще и то, что простой народ отнесся в это время к депортированным с сочувствием и состраданием. Ведь те же крымские татары, пусть и не по своей воле, но нашли кров в других регионах страны, и не где-то на Чукотке или на Колыме, а в основном в Средней Азии, где проживал народ, близкий им по вере, где и климат был близок к крымскому. А значит, такое решение было явно продуманным и в определенной мере смягчающим положение крымских татар.

Таким образом, пусть и не по своей воле, но крымские татары нашли кров не где-то на чужбине, а в своей же стране, где местное население приняло их с сочувствием и состраданием. Об этом крымскотатарская верхушка никогда ни на каких митингах не говорит, не выражает слова благодарности тем, кто приютил их в годы лихолетья.

Нельзя замалчивать и то, что процесс депортации проводился в условиях продолжающейся еще войны, и до Победы был еще целый год. Еще свежи были в памяти и отступления, и окружения, и поражения, когда мстительность и жестокость военного времени перехлестывали через край. И то, что депортация проходила в условиях, когда еще шла война, отразилось на ее характере, ее катастрофических явлениях. Люди в дороге умирали — умирали дети, старики. Но это была война. И все же все это не может перечеркнуть великое значение Победы, что так отвергается крымскотатарской политической элитой.

И в этой связи вызывает удивление факт переназначения на должность главы Бахчисарайской РГА Ильми Умерова, публично отрицающего значение Великой Победы над фашизмом.

И наконец, о геноциде, который не дает покоя крымскотатарским политикам и о котором они не устают твердить на всех местных и международных уровнях. Дело-то в том, что сам факт депортации нельзя считать геноцидом, ибо это не являлось целенаправленным уничтожением народа . Другое дело — холокост, когда уничтожение евреев было возведено в ранг государственной политики нацисткой Германии. И если рассуждать о якобы имевшем место геноциде в период депортации, то тогда следовало бы вести речь и о геноциде крымских немцев, армян, греков. Но из всех депортированных только крымские татары настойчиво говорят о геноциде, пытаясь тем самым выжать из мирового сообщества слезу сочувствия, а вслед за этим и особые права.

Тем же самым занимался совсем недавно и бывший президент Украины Ющенко, потерпев, однако, полное фиаско и не найдя поддержки ни на Западе, ни на Востоке. О каком геноциде можно говорить, когда крымские татары, находясь в местах депортации, не были лишены никаких гражданских прав. Они, как и все прочие граждане Советского Союза, имели право получить высшее образование (и получали), пользовались всеми возможностями для развития своей национальной культуры. Кроме того, немало крымских татар имели возможность занимать высокие руководящие должности как в органах власти, так и на крупных промышленных и сельскохозяйственных предприятиях.

В то время, как нынешний председатель меджлиса Мустафа Джемилев толкался среди диссидентов тех лет и выполнял их незамысловатые поручения, пребывал в местах не столь отдаленных отнюдь не за «политику», многие крымские татары жили вполне нормальной жизнью, зарабатывали на жизнь трудом и талантом. Кстати, именно такие трудяги, возвратившись в Крым, и здесь заняли видное положение в обществе, успешно развивали свой бизнес, продолжали и продолжают заниматься наукой и образовательной деятельностью.

Другие же, паразитируя на беде своих соотечественников, занялись политическими играми и в этом тоже достигли немалых результатов. Но не для народа, а лишь для себя.

Обо всем этом старательно замалчивается в среде крымских татар, а крымскотарской молодежи накачивается в голову тезис о вечной вине России и русских перед крымскотатарским народом. Антироссийские настроения Мустафы Джемилева и его ближайшего кружения, тающего на глазах, стали для большинства его соотечественников темой, которая давно покрылась плесенью, но продолжает дурно пахнуть. Пора бы крымским татарам содрать с себя эту плесень и вздохнуть свободно, не забывая впрочем и об уроках прошлого…

Алексей Башкиров, журналист, Крым

Новое руководство Крыма, завезенное на полуостров из Донецкой области, не знает, как обеспечить развитие автономии, и занимается лишь перераспределением на себя денежных потоков.

В Крым завезли не только премьер-министра, но и «дублирующий состав» помощников и замминистров… Профессиональный уровень этих завезенных вызывает большие сомнения. Они абсолютно не знают ситуации, не знают местных кадров, а потому не могут качественно управлять.

Перераспределять финансовые потоки… Именно этим занимается нынешняя власть.

Нас проигнорировали, когда мы поставили проект закона о ратификации соглашения о ЕЭП. Нас игнорируют по базовому закону о языках, которым мы могли бы решить проблему русского языка, не меняя пока Конституции. К нам не прислушиваются, когда мы требуем отменить решения Ющенко по Бандере и Шухевичу.

Если коммунисты и далее будут находиться в коалиции с «регионалами», партия просто повторит судьбу Соцпартии Мороза, и это проявится уже на ближайших выборах в местные органы власти.

Леонид Грач, лидер Компартии в Крыму, депутат

Украина продолжает оставаться этаким европейским крепостным, пытающимся найти доброго барина. Независимость в такой системе координат — не более чем возможность выбрать барина по своему усмотрению.

Вопрос на засыпку: чем отличается внешняя политика Януковича от внешней политики Ющенко? Ответ: по существу — ничем.

Их цели, разумеется, различны, а вот как насчёт — нет, даже не средств и не методов, а философии внешней политики, её концептуальных основ? Внешнюю политику и Виктора Ющенко, и Виктора Януковича отличают две абсолютно одинаковые основополагающие черты. Первая из них — объектность. Или, выражаясь проще, инфантилизм: «Вот придёт дядя и сделает нам всё хорошо». Да, Ющенко и Янукович апеллируют к разным «дядям». Да и представления о том, что такое «хорошо», у них неодинаковы. Впрочем, представления о геополитическом (или, если хотите, цивилизационном) выборе как о всего лишь удачной сделке, которая принес ёт инвестиции и, словно по щучьему веленью, вознесёт экономику страны до невиданных высот, чётко отслеживаются и у предыдущего президента, и у нынешнего.

И в этом и Ющенко, и Янукович — типичные представители постсоветского общества, носители его и именно его геополитического мировоззрения. «Миром правят сверхдержавы», — вот основа этого мировоззрения. Именно эта убеждённость заставляет Россию прилагать все силы, пусть даже в ущерб собственным гражданам, чтобы восстановить статус сверхдержавы. Именно эта же убеждённость заставляла и заставляет Украину, грубо говоря, пытаться отдаться.

Смена власти не изменила ровным счётом ничего. Украина продолжает оставаться этаким европейским крепостным, пытающимся найти доброго барина. Независимость в такой системе координат — не более чем возможность выбрать барина по своему усмотрению.

Не странно ли: на протяжении всех лет, пока Украина стремилась в НАТО и Евросоюз, мы практически никогда не слышали от наших руководителей: а что мы сами должны для этого сделать? Мы искренне не понимали, что, претендуя на членство в этих организациях, Украина должна была прежде всего доказать способность выполнять взятые на себя обязательства. И выполнять их «по-взрослому». Украинцы не понимали, чего Запад от них хочет. Он хотел реформ, а Украина демонстрировала услужливость.

Почему сторонников евроинтеграции так пугает провозглашённая Обамой «перезагрузка» отношений с Россией — нормальная, в общем-то, вещь? Почему противники евроинтеграции воспринимают эту «перезагрузку» как данный России карт-бланш на геополитический произвол? Вот в этом проявляется ещё одна общая для старой и новой власти черта — бинарность внешней политики: или — или. Что такое для нас евроинтеграция? Это — прежде всего разрыв с Россией, символическое оформление такого разрыва. Что для нас сближение с Россией? Это — разрыв с Западом. Ни сближение с Западом, ни сближение с Россией словно не существуют сами по себе и не представляют самостоятельной ценности. И снова типичная логика крепостного: когда два барина дерутся, можно прислужиться одному из них, а он защитит от другого. Но когда два барина мирятся — уже и не знаешь, что делать. Бинарный мир рушится, нужно самому принимать решения и становиться субъектом, а как же это так? Кстати говоря, вот ещё одна возможная причина наших евроинтеграционных неудач: Евросоюз и НАТО ведь если и не понимали, то ощущали: для Украины они — не цель, а средство; евроинтеграция нужна Украине не сама по себе, а прежде всего как институциализация отдаления от России.

Если Украина сближается с Западом, это вовсе не повод «становиться в третью позицию» перед Россией. Если Украина сближается с Россией, это вовсе не повод хлопать дверью на Запад. Пока Украина не изменит такого подхода, она обречена на неудачи. Её будут просто использовать, а в том числе и вожделенные инвестиции так и останутся несбыточной мечтой.

А в завершение хотелось бы вспомнить Козьму Пруткова: «Если хочешь быть счастливым — будь им». Если же хочешь быть объектом…

Борис Бахтеев, аналитик, Украина